Российский эксперт: «После крушения «Душанбинской четвёрки» нового альтернативного переговорного фор — Информационная сеть Таджикистана

Российский эксперт: «После крушения «Душанбинской четвёрки» нового альтернативного переговорного формата по Афганистану пока не сложилось» 26.01

Российский эксперт: «После крушения «Душанбинской четвёрки» нового альтернативного переговорного фор

Российский эксперт: «После крушения «Душанбинской четвёрки» нового альтернативного переговорного фор

Российский эксперт: «После крушения «Душанбинской четвёрки» нового альтернативного переговорного формата по Афганистану пока не сложилось»

26.01.2019 08:04

Afghanistan 2018 itogi 2

В 2018 году трагические новости из Афганистана продолжали поступать в новостных лентах информационных агентств. Президент США Дональд Трамп заявил о том, что рассматривает возможность существенного сокращения американского воинского контингента в Афганистане, Россия в первый раз в Москве посадила за один стол представителей правительства Афганистана и движения Талибан, а Узбекистан провёл международную конференцию по Афганистану.

О политике России в Афганистане, «памирском клане» и угрозах из афганского Бадахшана в интервью Dialog.TJ рассказал доцент кафедры международной безопасности факультета мировой политики Московского Государственного Университета Алексей Фененко.

— Говоря об итогах 2018 года в Афганистане, насколько в прошедшем году серьёзно изменилась ситуация в этой стране?

Вы знаете, как такового радикального изменения ситуации вокруг Афганистана в прошлом году не произошло. Американцы по прежнему придерживаются стратегии АфПака, какой они выработали ещё в 2009 году. Данная стратегия предполагает создание единого политического пространства Афганистана, Индии и Пакистана под сдвоенными гарантиями безопасности со стороны НАТО и Индии. Это остаётся основным лейтмотивом американской политики в Афганистане. И американцы пока пересматривать или как-то сворачивать с этой концепции не намерены. Второй момент, что сейчас реально обеспокоило американцев, это «фактор Ирана». Американцы опасаются, другое дело справедливо или нет, что каким-то образом Иран может договориться с бывшими талибами и организовать некий антиамериканский альянс. И американцы сейчас перебрасывают основные силы на изучение возможности и опасности такого альянса. Они опасаются, что американские базы могут находиться в заложниках с точки зрения Ирана, который естественно обладает географическим преимуществом над Соединенными Штатами. Если брать третий момент, то я бы здесь отметил снижение роли Индии. Американцы на сегодняшний день пока разочарованы политикой Индии, её вступлением в ШОС и откровенным нежеланием вступать в какие-то военные действия на стороне США. Ну и наконец, четвёртый важный момент — это растущие потери со стороны гражданских сил безопасности Афганистана. Американцы считают, что подготовка сил безопасности на сегодняшний день не оправдывают их ожидания. Поскольку гражданские силы Афганистана пока не способны взять на себя реальную ответственность за ситуацию в Афганистане. Вот эти моменты я бы выделил как основные итоги в 2018 году для Афганистана.

— А как вы оцениваете роль России и стран Центральной Азии в этом процессе, особенно на фоне произошедших в Узбекистане изменений? Насколько роль Узбекистана может возрасти в качестве площадки для межафганских переговоров?

Я здесь вижу два момента. Первый момент, Россия, конечно, до сих пор ещё не оправилась от того серьёзного политического поражения в Афганистане какой она потерпела в 2012 году, когда произошёл распад «Душанбинской четвёрки». Напомню, что тогда Россия пыталась создать альтернативный США форум по Афганистану в составе Россия, Таджикистан, Афганистан и Пакистан. Но американцы умело использовали Индию для развала «Душанбинской четвёрки». Пока Россия пытается восстановить свои позиции за счёт попыток посредничества между правительством Афганистана и умеренными талибами, но в общем-то пока восстановить позиции сопоставимые с «Душанбинской четвёркой» в общем-то не удаётся.

Момент второй, Узбекистан здесь может сыграть очень важную роль. Поскольку на сегодняшний день, после крушения «Душанбинской четвёрки» нового альтернативного переговорного формата по Афганистану пока не сложилось. Узбекистан мог бы теоретически предоставить площадку для ведения переговоров между умеренной оппозицией и правительством Афганистана и это могло бы принести результат. Потому, что Узбекистан одновременно является членом ШОС и это было бы серьёзным усилением этой организации в регионе.

— Вы в 2015 году в интервью нашему ресурсу говорили, что многое на афгано-таджикской границе зависит от того каким образом власти Таджикистана интегрируют так называемый «памирский клан» в общественный процесс. Как вы оцениваете последние изменения произошедшие в ГБАО?

Самое главное, что произошло за четыре года — это удалось удержать стабильность в ГБАО. Я напомню, в 2015 году в связи с осенними событиями в Таджикистане были очень серьёзные опасения, что правительство Таджикистана попытается резко надавить на Горный Бадахшан. Но сегодня мы видим, что удалось сохранить стабильность в стране и удалось сохранить контроль на границе между Афганистаном и Горным Бадахшаном. Если не будет излишнего давления со стороны власти из Душанбе на Горный Бадахшан, если власти образно говоря «не перегнут палку», то тогда в регионе удастся сохранить стабильность. Если же будут слишком серьёзные попытки наступления на автономию Горного Бадахшана то это может привести к очень серьёзным опасностям.

— Некоторые наблюдатели за ситуацией на Памире делают заявления о том, что для эскалации ситуации в регионе «памирский клан» может прибегнуть к крайней мере и призвать деструктивные силы из сопредельного Афганистана. Насколько такой сценарий возможен и чем это чревато?

Я думаю, что этот сценарий «спят и видят» американцы и англичане. Обратите внимание, что заявления об угрозе эскалации конфликта вокруг Горного Бадахшана исходят в первую очередь из Лондона, и во вторую очередь из Вашингтона. Они давно не против реализовать такой сценарий и создать здесь зону нестабильности, прежде всего для Таджикистана, ну и с другой стороны, одновременно и для России и Китая. Потому что Горный Бадахшан это такой регион который позволит им нанести впоследствии дестабилизирующий удар и по Синьцзян-Уйгурскому автономному району КНР и по Таджикистану и по Кыргызстану. Естественно о такой дестабилизации, по-моему мнению, в Вашингтоне и Лондоне если и не мечтают, то разрабатывают такой сценарий на перспективное будущее. Здесь многое будет зависеть от того, насколько подконтрольной будет ситуация в Афганистане. Сейчас афганской радикальной оппозиции откровенно не до Горного Бадахшана, им надо вести противостояние с усиливающимися правительственными силами Афганистана. Но если позиции радикалов резко усилятся в Афганистане, то тогда это может создать угрозу и для Горного Бадахшана.

— И последний вопрос, в свете того что боевики ИГ перебрасываются в Афганистан…

Я сразу хотел бы сказать, что боевиков не перебрасывают, так как это очень сложно технически реализовать. Скорее здесь происходит следующее: недовольные властью Кабула племенные вожди провозглашают себя частью ИГ, просто меняют цвет. Те кто ранее себя называли радикальными талибами сегодня стали называть себя формированиями ИГ. Но это преимущественно внутренние проблемы Афганистана.

— И всё же, насколько эти силы собраны или накапливаются на сопредельных с республиками Центральной Азии территориях?

Я думаю, что основное накопление будет происходить не за счёт переброшенных боевиков из Ближнего Востока, а за счёт непосредственных попыток создания радикальных движений внутри самого Афганистана. И здесь колоссальную роль конечно же играет фактор Пакистана. Я напомню, что у истоков создания движения Талибан стоял именно Пакистан. И сейчас Пакистан интегрируется в ШОС и здесь возникает новая повестка для Шанхайской Организацией Сотрудничества — это пресечение контактов между Пакистаном и радикальными силами в самом Афганистане.

Dialog.TJ

Нравится
Не нравится

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Похожий контент

Эксперт: бизнес-элита Таджикистана пострадает от вступления в ЕАЭС
Если предположить, что Таджикистан вступит в ЕАЭС, то и Россия, и другие страны союза будут стремиться к тому, чтобы упорядочить ситуацию на таджикско-китайской границе. Бизнес не заинтересован в этом, отметил эксперт
Эмиграция из Таджикистана: причины и самые популярные направления
Согласно исследованиям доктора исторических наук Бисабоат Исмоиловой, суммарная численность таджиков, живущих сегодня за пределами Таджикистана, достигает 40 миллионов человек. Большинство из них живут в России, странах Центральной Азии и СНГ, Афганистане, ...
Дети как источник дохода: кто ради денег игнорирует власти Таджикистана
По крайней мере к такому выводу пришли сотрудники Министерства внутренних дел РТ по результатам недавних рейдов по увеселительным заведениям города. Нагрянув в поздний час с внезапной проверкой в компьютерные клубы и конторы, где принимают ставки, милиционеры ...
Золотая лихорадка: как Китай богатеет за счет таджикских драгметаллов
В последние годы Китай стремительно наращивает своё экономическое присутствие в Таджикистане. Разумеется, специалисты из Поднебесной не обошли вниманием и горнодобывающую отрасль. В обмен на инвестиции в энергетическую инфраструктуру страны, правительство ...

Авторизация

Яндекс.Метрика